Защита материнства, детства и семьи

Я не знаю что делать. Но надо, наверное, кому-то позвонить, чтобы меня отсюда никуда не переводили. В субботу, воскресенье трогать не будут. А в понедельник все начнется опять.
Надо что бы ты принес мне справку, подтверждающую, что рентген делали в августе. Также принеси обменную карту со всеми анализами и диагнозами, которые уже были поставлены. Так, как оно есть. Важно, чтобы и по карточке я была такая как есть, нормальная, не наркоманка с сифилисом и туберкулезом.
Возможно, меня оставят здесь на «мамочках». В другом блоке камер – где находится карцер, в который меня грозились посадить за отказ от рентгена, камеры с нарами в 2 этажа на 28 человек, где все курят, колются и харкают туберкулезом.
И если есть еще хоть капля связи, попросите проконтролировать, где я нахожусь. А то два дня мы протянем, а дальше никто ничего не гарантирует.
Денег ты потратил море. Вы там не разоритесь из-за меня?
А чайник, что ты прислал, смотрится в этом убогом хозяйстве очень мило. Вечером на кухне перегорел свет. Последняя лампочка. Так что перед сном мы сидели в романтической обстановке – в темноте со светящимся чайником. Он когда греется, красным светит, а потом синим загадочным светом. Болтали, как выжить. Мне порассказывали как  жутко в тех камерах, куда меня собираются переводить. Малышонок довольно урчал в животике, наконец-то вкусно покушал. И покушал вообще за пять дней. Спали мы после этого относительно долго – часа 4-е подряд. Впервые за 5 ночей. Так что нас сегодня не перевели в камеру «смертников» обещают в понедельник.
Если можешь, сделай что-нибудь.